Грамотность в дореволюционной России — уровень владения населением Руси и Российской империи навыков чтения и письма.
Начало распространения грамотности относится к концу Х и началу XI в. При Владимире Святославовиче (ок. 960—1015) и Ярославе (ок. 978—1054) отбирали детей у «нарочитых людей» и учили их грамоте и догматам веры. Ярослав «сам книги читал», Владимир же был неграмотен. Летописец говорит:
1030 г. Ярослав велел в Новгороде собрать у старост и священников детей (300 человек) и учить их грамоте. Это училище имело целью подготавливать достойных служителей церкви. В XI в. уже существовала грамота и в разных городах и монастырях. Из жизнеописания св. Феодосия (игумена Киево-Печерской лавры) видно, что в 1023 г. существовало училище в Курске. Есть предположение о существовании школ при кафедрах пяти епископов того времени. Грамотными были в XI и XII в. не только монахи, но и многие князья. К 1086 г. относится известие об училище для женщин, учреждённом царевной Анной. В XII в. был известен своим рвением к школьному делу смоленский князь Роман Ростиславич. На устройство училищ он израсходовал все свои средства. Великий князь Владимирский Константин Всеволодович также заводил у себя училища[1].
В удельный период грамотность сделала большие успехи. Библиотеки, заведённые некоторыми князьями, свидетельствуют, что число «списателей» (переписчиков) тоже было значительным. В период татаро-монгольского ига грамотность встречается уже редко, это время было крайне неблагоприятным для распространения образования. Князья и бояре обычно были неграмотны; о духовенстве греки говорили, что оно «не книжно». Достаточно сказать, что тверской князь Михаил Александрович в XIV веке был вынужден учиться грамоте в Новгороде. Слабый огонёк просвещения поддерживали митрополит киевский Кирилл (ум. в 1280 г.), епископ ростовский Кирилл (ум. в 1362 г.), московские святители Пётр, Алексий, Иона и Кирилл, владимирский епископ Серапион. Упадок грамотности продолжался несколько столетий и охватывал все сословия. Так о Дмитрии Донском (1350—1389) летописец говорит, что «он не был хорошо изучен книгам», а Василий Тёмный (1415—1462) «не был ни книжен, ни грамотен». Положение образования было так плохо, что в конце XV в. приходилось ставить в священники безграмотных. На общее невежество народа и духовенства жаловался Геннадий (архиепископ Новгородский). Обращаясь к митрополиту Симону, он писал, что по малому числу грамотных некого ставить в священники, учиться же никто не хочет[1].
Грамотных и учащихся | Неграмотных | |||
всех возрастов | старше 8 лет1) | |||
муж.п. | 1 200 690 | 16,2 % | 83,8 % | 78,9 % |
жен.п. | 193 080 | 2,6 % | 97,4 % | 96,7 % |
об.п. | 1 393 770 | 9,4 % | 90,6 % | 87,9 % |
1) Дети до 8-летнего возраста вычислены на осн. таблиц Буняковского.
На сто душ обоего пола | |||||
у русских | у бурятов | ||||
Голов скота (в переводе на крупный) | Грамотных и учащихся | Голов скота (в переводе на крупный) | Грамотных и учащихся | ||
до 100 | 6,6 | до 200 | 5,2 | ||
от 100 до 150 | 6,7 | от 200 до 250 | 3,3 | ||
свыше 150 | 6,5 | свыше 250 | 3,1 |
Семья с колич. пашни, десятин | В семьях: | ||
без рабоч. скота | с 1 рабоч. лошадью | с 2 и бол. рабоч. лошадьми | |
0 | 8,5 | 11,8 | 10,2 |
до 2,5 | 7,8 | 8,5 | 10,6 |
2,6-5,0 | 9,9 | 9,6 | 11,6 |
5,1-10,0 | 10,6 | 9,7 | 12,7 |
10,1 — 20,0 | 14,8 | 11,8 | 15,4 |
Десятин пашни | % грамотн. мужчин | Рабочих лошадей | % грамотн. мужчин | Взрослых работн. | % грамотн. мужчин |
0 | 10,6 | 0 | 5,9 | 0 | 6,7 |
до 5 | 7,9 | 1 и 2 | 6,7 | l | 7,9 |
5 — 10 | 5,8 | 3 и 4 | 8,1 | 2 | 9,3 |
10 — 20 | 7,2 | более 4 | 12,9 | 3 и более | 9,9 |
20 — 40 | 10,8 | ||||
более 40 | 19,6 |
Процент грамотных в Шлиссельбургском уезде в соотношении с площадью посевов
Волости | % грамотных | Высев ржи на наличную душу об. пола, в четвериках |
Ивановская | 31,4 | 0,51 |
Путиловская | 20,7 | 0,58 |
Лезьинская | 14,9 | 0,94 |
Поречская | 11,6 | 0,97 |
Мужчин | Женщин | |
Московской и Санкт-Петербургской губ. | 35,5 | 5,9 |
92 остальных уезда | 14,2 | 2,1 |