Символ


Си́мвол (др.-греч. σύμβολον — «совместное бросание», условный знак, сигнал) — неиконический (условный) знак, изображение, не имеющее видимого сходства с обозначаемым предметом.

Условный знак каких-либо понятий, идей, явлений[1]. В семиотике — коннотат (обозначающее), не имеющее денотата (обозначаемого предмета). Либо знак, обладающий смыслом, но лишённый значения. Примеры: фантастические образы, мифологические существа, у которых нет соответствий в реальном мире. Классический пример символизма дал Платон в своём «символе пещеры» (Государство. VII. 514—515).

Дионисий Ареопагит (конец I века нашей эры) пояснял, что символы есть предметы, которые передают «истину Божественной сущности», не отображая её непосредственно, но представляют собой «несходные подобия» («О небесной иерархии»; III, гл. II, 4). Понятие символа тесно связано с такими категориями, как художественный образ, аллегория, художественный троп, но отличается от них всеобъемлющим значением[2];

И. Кант утверждал, что искусство, будучи интуитивным способом создания представлений, в целом носит символический характер[3]. А. Ф. Лосев определял символ как «субстанциальное тождество идеи и вещи»[4].

«Всякий символ заключает в себе образ, но не сводится к нему, поскольку подразумевает присутствие некоего смысла, нераздельно слитого с образом, но ему не тождественного. Образ и смысл образуют два элемента символа, немыслимые друг без друга. Посему символы существуют как символы (а не как вещи) только внутри интерпретаций»[5].

В XX веке неокантианец Э. Кассирер обобщил понятие символа и отнёс к «символическим формам» широкий класс культурных явлений, таких как язык, миф, религия, искусство и наука, посредством которых человек упорядочивает окружающий его хаос. В художественном творчестве (литературном тексте или изобразительном искусстве) символ «опредмечивается» посредством художественных тропов (метафор, сравнений, метонимий). Подобное явление в Средневековье именовали «символической связью» (лат. symbolic nexus). Именно так Исидор Севильский обосновывал символичность христианской иконографии в своём труде «Этимологии» (VII в.; Книга VII).


Голубь является символом мира.